Вечер. По опустевшим улицам бродят взъерошенные коты, изредка свистят шины автомобилей и доносятся недовольные крики. Уже темно. Светящиеся окна квартир напоминают шахматную доску, и фигуры торопятся занять свои места перед очередной игрой с ночью. Я закрываю глаза, и вслушиваюсь — сначала в тишину поздней осени, а затем — в мелодии любимых песен. Повторяю слова, тихонько выстукивая такт.
Автобус уже в пути, распутывается клубок длинных дорог, и уют дома остался позади, рассыпавшись золотым песком в речной воде. Мне нравятся ночные поездки. Вокруг загадочно и темно, в салоне тоже не зажжён свет. Лишь иногда вдали мелькают едва заметные огоньки. И если едешь через лес, то кажется, будто попал в таинственную страну…
Я люблю рассматривать некоторых людей. Рядом со мной сегодня сидит старик, очень похожий на бравого капитана. И, хотя у него нет белого мундира, зато есть трубка, и это удивительно — впервые вижу человека с трубкой в наши дни. Наверное, он из другого времени…
Шоссе в прошлом…
Темно, людей почти не видно. Вокруг лишь расплывчатые силуэты без лиц, и я вижу только старика — его освещает яркий дисплей моего телефона. Мотор гремит с каким–то надрывом, будто в последний раз. Впрочем, неудивительно — с автобусами это часто бывает.
Так здорово смотреть по сторонам — иногда фары выхватывают из темноты то дерево, то идущего человека. Или встречную машину. Или домик у обочины. Будто я сижу в комнате без света, и смотрю старые советские диафильмы…
Шоссе в прошлом…
Мне не скучно, и даже весело. Я думаю одновременно о совершенно разных вещах, мысли причудливо переплетаются, и ответ на один из вопросов становится вопросом к другому ответу.
Среди этой темноты я — подруга радуги, и словно сошла со страниц детской раскраски. Моя любимая голубая шапочка напоминает лучшие дни Красной Армии, а зелёный шарф — спелые поля родных просторов. Из–под шапочки выбиваются непослушные вьющиеся волосы. Картину дополняет серое пальто в клетку и ярко-голубые меховые кеды. А полосатые «беспалые» перчатки совмещают все цвета сразу. Я люблю зелёный цвет, я люблю голубой цвет, и жёлтый цвет, и… Я люблю.
Любовь в настоящем…
Ещё одна поездка, ещё одна страница в бортовом журнале, новые встречи и впечатления. А сколько ещё предстоит увидеть, и где ещё побывать?.. Я даю волю своим мечтам, в глазах зажигаются новые огни, и с губ срывается тихое, не услышанное никем, кроме меня, «завтра…».
На вокзале меня встречают. Двери распахнулись, и я осторожно спускаюсь на серый тротуар, улыбаясь знакомым лицам. Путешествие не закончилось. Путешествие продолжается.
Я разбужу тебя ночью, и расскажу о дыхании тайн и пульсе первого кругосветного плавания. Больше не жди — открой дверь, и шагни в неизвестность. На одной из дорог я пою о времени встреч на забытых перекрёстках…
Автобус уже в пути, распутывается клубок длинных дорог, и уют дома остался позади, рассыпавшись золотым песком в речной воде. Мне нравятся ночные поездки. Вокруг загадочно и темно, в салоне тоже не зажжён свет. Лишь иногда вдали мелькают едва заметные огоньки. И если едешь через лес, то кажется, будто попал в таинственную страну…
Я люблю рассматривать некоторых людей. Рядом со мной сегодня сидит старик, очень похожий на бравого капитана. И, хотя у него нет белого мундира, зато есть трубка, и это удивительно — впервые вижу человека с трубкой в наши дни. Наверное, он из другого времени…
Шоссе в прошлом…
Темно, людей почти не видно. Вокруг лишь расплывчатые силуэты без лиц, и я вижу только старика — его освещает яркий дисплей моего телефона. Мотор гремит с каким–то надрывом, будто в последний раз. Впрочем, неудивительно — с автобусами это часто бывает.
Так здорово смотреть по сторонам — иногда фары выхватывают из темноты то дерево, то идущего человека. Или встречную машину. Или домик у обочины. Будто я сижу в комнате без света, и смотрю старые советские диафильмы…
Шоссе в прошлом…
Мне не скучно, и даже весело. Я думаю одновременно о совершенно разных вещах, мысли причудливо переплетаются, и ответ на один из вопросов становится вопросом к другому ответу.
Среди этой темноты я — подруга радуги, и словно сошла со страниц детской раскраски. Моя любимая голубая шапочка напоминает лучшие дни Красной Армии, а зелёный шарф — спелые поля родных просторов. Из–под шапочки выбиваются непослушные вьющиеся волосы. Картину дополняет серое пальто в клетку и ярко-голубые меховые кеды. А полосатые «беспалые» перчатки совмещают все цвета сразу. Я люблю зелёный цвет, я люблю голубой цвет, и жёлтый цвет, и… Я люблю.
Любовь в настоящем…
Ещё одна поездка, ещё одна страница в бортовом журнале, новые встречи и впечатления. А сколько ещё предстоит увидеть, и где ещё побывать?.. Я даю волю своим мечтам, в глазах зажигаются новые огни, и с губ срывается тихое, не услышанное никем, кроме меня, «завтра…».
На вокзале меня встречают. Двери распахнулись, и я осторожно спускаюсь на серый тротуар, улыбаясь знакомым лицам. Путешествие не закончилось. Путешествие продолжается.
Я разбужу тебя ночью, и расскажу о дыхании тайн и пульсе первого кругосветного плавания. Больше не жди — открой дверь, и шагни в неизвестность. На одной из дорог я пою о времени встреч на забытых перекрёстках…
Клим Панфилов и Анна Гасанова, 2009 г.
Текст опубликован на условиях лицензии
Creative Commons BY–NC–ND 3.0 Unported
Текст опубликован на условиях лицензии
Creative Commons BY–NC–ND 3.0 Unported
Комментариев нет:
Отправить комментарий
Пожалуйста, не оставляйте записи, не соответствующие теме, а также противоречащие общепринятым нормам приличия. Спасибо.